- Ну понюхай, - жалко что ли?

Чудовище дрогнуло и перестало двигаться вперед.

Чудовище посмотрело на меня как на сумасшедшего.

В самом правом из четырех глаз чудовища появилось выражение растерянности.

Этого, собственно, я и добивался, отлично зная, что перед откровенными психами пасуют и более крепкие ребята, чем какой-то там двухголовый мавр. Я еще настойчивее протянул платок и скорчил идиотскую гримасу, показав вконец ошалевшему монстру язык.

- О бум-ля-ля! Бзика-бзика-плюх! Ну, понюхай! Жалко, да? Жалко?

К этому моменту мутант готов был на всё, лишь бы я от него отвязался. Он покорно поднес платок к левому носу, глубоко втянул в себя воздух - и всё! Этого хватило. Эфир подействовал мгновенно. Монстр грузно осел на пол. Этой гремучей смесью, состоящей на половину из продвинутого эфира и бьющей по мозгам не хуже децибеловых пилюль, втихоря приторговали на попсовых дискотеках, отчего остряки в Конторе окрестили эту дрянь "Эфиролган попса". Для монстра я подобрал поистине чудовищную дозу. Дней пять, по крайней мере, я могу жить спокойно. Или, точнее, просто жить.